Главная » Старинная литература » Атлант расправил плечи

Атлант расправил плечи - Айн Рэнд (1997)

Атлант расправил плечи
Данное издание, соперничавшее во время пика своей популярности с Библией по продаваемости, относится к жанру антиутопий. Автор Айн Рэнд писала его в течении 12 лет и считает самой значительной из своих работ. Главная идея книги состоит в том, что современное общество является благополучным и процветающим благодаря одарённым творцам-одиночкам, которые, как мифический титан Атлант держал небесный свод, точно также поддерживают общество на плаву. По сюжету такие люди сталкиваются с тем, что бездарное большинство начинает противостоять им. Под давлением народных масс правительство США начинает проводить политику социализации экономики и убирать рыночную экономику, заменяя её плановой. Частный бизнес всё более притесняется. Подобное начинает происходить по всему миру, и мировая экономика входит в стадию кризиса: добыча углеводородов сокращается, а местами полностью прекращается. Все усилия центральной власти в Вашингтоне устранить проблемы плановыми методами только усугубляют ситуацию. Главные персонажи книги, крупные бизнесмены Хэнк Риарден и Дагни Таггерт пытаются бороться с новой губительной политикой, но терпят неудачу. Им становится известно, что большая группа людей из бизнес- и творческой элиты сворачивает свои дела и куда-то исчезает. Лучшие люди общества уходят в горы и селятся там в городе, который создал изобретатель Джон Голт. С этих пор Дагни Таггерт пытается отыскать это место и познакомиться с самим Голтом, чтобы узнать о его взглядах на жизнь. Автор пытается показать, насколько неблагополучно общество, в котором интересы большинства и правящей партии важнее, чем интересы отдельной личности. И, что без лидеров-эгоистов система процветающего общества не будет нормально работать.

Атлант расправил плечи - Айн Рэнд читать онлайн бесплатно полную версию книги

Перейти

Эдди настороженно взглянул на седую шевелюру и тощее, равнодушное лицо Харпера.

— В этой конуре довольно прохладно, а зимой будет еще холоднее, — сказал Харпер.

— Что ты делаешь? — спросил Эдди, указывая на разобранную пишущую машинку.

— Да опять эта хреновина сломалась. Ее уже бесполезно отправлять в мастерскую. В прошлый раз у них ушло на ремонт три месяца, вот я и решил починить сам. Но по-моему, без толку. — Он опустил кулак на клавиши машинки. — Пора тебе на свалку, старушка. Дни твои сочтены.

Эдди вздрогнул. «Дни твои сочтены». Именно эти слова он пытался вспомнить, но забыл, в какой связи.

— Бесполезно, — сказал Харпер.

— Что бесполезно?

— Все.

— Эй, Пол, ты что это?

— Я не собираюсь покупать новую машинку. Новые сделаны из олова и никуда не годятся. Когда все старые машинки развалятся, наступит конец машинописи. Сегодня утром в метро произошла авария — тормоза теперь ни к черту. Эдди, иди домой, включи радио и послушай хорошую, веселую музыку. Выбрось ты все это из головы, парень. Твоя беда в том, что у тебя никогда не было хобби. У меня на лестнице опять все лампочки повыкручивали. Сердце побаливает. Утром не смог купить капель от кашля, потому что аптека на нашей улице на прошлой неделе обанкротилась. А месяц назад обанкротилась железная дорога «Техас вестерн». Вчера временно закрыли на ремонт мост Куинсборо. А, что толку об этом говорить? Кто такой Джон Галт?

* * *

Она сидела у окна вагона, откинув голову назад и положив одну ногу на пустое сиденье напротив. Оконная рама подрагивала на скорости, и крошечные вспышки света изредка мелькали за стеклом, отделявшим ее от царившей за окном темной пустоты.

Она была в легких туфлях на высоком каблуке, светлый чулок плотно облегал ее вытянутую ногу, подчеркивая ее женственность и изящество, такая ножка казалась совершенно неуместной в пыльном вагоне поезда и как-то странно не вязалась с общим обликом пассажирки. На ней было дорогое, но довольно поношенное пальто из верблюжьей шерсти, бесформенно окутывавшее ее упруго-стройное тело. Воротник пальто был поднят к полям шляпы, из-под которой выбивалась прядь свисавших к плечам каштановых волос. Лицо ее казалось собранным из ломаных линий, с четко очерченным чувственным ртом. Ее губы были плотно сжаты. Она сидела, сунув руки в карманы, и в ее позе было что-то неестественное, словно она терпеть не могла неподвижность, и что-то неженственное, будто она не чувствовала собственного тела и не осознавала, что это женское тело.

Она сидела и слушала музыку. Это была симфония триумфа. Мелодия взмывала ввысь, она говорила о полете и была его воплощением, сутью и формой движения вверх, словно олицетворяла собой все те поступки и мысли человека, смыслом которых было восхождение. Это был внезапный всплеск звуков, вырвавшихся наружу и заполнивших все вокруг. В них чувствовались раскованность освобождения и напряженность целеустремленности. Они заполняли собой пространство, вытесняя из него все, кроме радости свободного порыва. Только едва уловимый отзвук говорил, из какого мира вырвалась эта мелодия, но говорил с радостным изумлением, словно вдруг обнаружилось, что ни мерзостей, ни страданий нет и не должно быть. Это была песнь беспредельной свободы.

Она думала: хоть на мгновение — пока это длится — можно полностью расслабиться, забыть обо всем и отдаться чувствам.

Ослабь гайки, отпусти рычаги… Вот так.

Где-то на самом краешке сознания сквозь звуки музыки пробивался стук колес. Они отбивали четкий ритм, в котором каждый четвертый такт был ударным, как бы подчеркивающим направление движения. Она могла расслабиться потому, что слышала стук колес. Она слушала симфонию и думала: вот почему должны крутиться колеса, вот куда они меня везут.

Оставить комментарий