Волчья лощина - Лорен Уолк (2016)

Волчья лощина
Волчья ложбина – красочный овраг, увитый плющом, с обилием цветов на дне.
Сквозь Волчью ложбину Аннабель и её братья любой денек прогуливаются в среднее учебное заведение. Неподалёку живёт покалеченный войной кроткий обездоленный Тоби. Он – приятель Аннабель, спасибо ему девчонка получает 1-ые уроки доброты и соболезнования.
В Волчьей ложбине Аннабель в первый раз встречается со школьной верзилой Бетти Гленгарри. В Бетти нет ничего неплохого, 1 лишь только злость. По причине неё Аннабель узнаёт, собственно что это испуг и собственно что зло случается безнаказанным. Бетти заражает собственной ненавистью всех в Волчьей ложбине. Безоружный Тоби преобразуется в объект травли. Дабы отстоять его, Аннабель кинет вызов всему городку. Но возможно ли из нечистого устроить чистое? Всякий раз ли добросердечие вылечивает, а не все – спасает? «Потому собственно что в что денек я уронила копилку, вытрясая из неё пенни. Фарфор разбился, монетки разлетелись по всей спальне (по моим подсчётам, скопилось уже практически 10 долларов). Черепки я собрала и зарыла в огороде, средства увязала в ветхий носовой плат и засунула в зимний башмак, под кровать. Там уже сберегался серебряный бакс – дедушкин презент на денек рождения.»

Волчья лощина - Лорен Уолк читать онлайн бесплатно полную версию книги

Перейти

Оригинальное название: WOLF HOLLOW

Copyright © Lauren Wolk, 2016

This edition published by arrangement with Writers House LLC and Synopsis Literary Agency

ООО «Клевер-Медиа-Групп», 2019

* * *

Посвящается моей матери

Пролог

На двенадцатом году жизни я выучилась лгать. Детские выдумки не в счёт. Я говорю о настоящей лжи, которая подпитывается настоящими страхами. О словах и поступках, которые выдергивают человека из привычной реальности и грубо вталкивают в реальность новую.

Остатки покоя исчезли из моей жизни осенью тысяча девятьсот сорок третьего. Не только потому, что война и не думала заканчиваться, – наоборот, её кровавая воронка втянула ещё несколько государств. Нет, причина была ещё и в новенькой девочке, сердце которой хранило отпечаток тьмы.

Временами я сама себе казалась черенком детской вертушки – так громко и навязчиво было хлопанье пёстрых лопастей, так невыносим свист ветра, эти лопасти вращавшего. Но уже тогда я понимала: нельзя, запасшись яблоком и книжкой, спрятаться на сеновале, читать про чужие, выдуманные приключения – авось внизу и без меня как-нибудь разберутся. Нельзя переступить двенадцатилетний возрастной рубеж без «багажа». А «багаж» – это когда с тобой считаются, по крайней мере, твои родные. Когда они чувствуют: из тебя выйдет толк.

Но это не всё. На двенадцатом году я поняла, что слова и поступки, даже детские, имеют значение, причём порой такое большое, что становятся бременем. Я взвалила на себя это бремя, и я его не сбросила ни в начале, ни в середине пути. Я несла его до конца.

Глава первая

Всё началось со свиньи-копилки – подарка тёти Лили на моё пятое Рождество. Что копилки нет, мама заметила сразу:

– Аннабель, ты копилку свою спрятала, да? Мама надраивала плинтус в моей спальне, а я убирала в шкаф летнюю одежду. Наверно, мама обнаружила пропажу копилки потому, что спальня моя была, мягко говоря, не перегружена вещами. Кроме самой необходимой мебели там имелись только гребешок и щётка для волос, да ещё книжка на прикроватном столике.

– Незачем прятать копилку, – продолжала мама. – Никто твои вещи не возьмёт.

Непривычно было видеть маму такой – на четвереньках, всю сотрясающуюся от усилий. Особенно мне бросились в глаза стёртые подошвы её рабочих башмаков.

Хорошо, подумала я, что маме не видно моего лица. Я как раз складывала платье, в котором ходила в церковь; платье было розовое, как леденец, и я очень надеялась вырасти из него к будущей весне. Так вот, поклясться могу: мои щёки стали того же гадкого цвета.

Потому что в тот день я уронила копилку, вытрясая из неё пенни. Фарфор разбился, монетки разлетелись по всей спальне (по моим подсчётам, накопилось уже почти десять долларов). Черепки я собрала и закопала в огороде, деньги увязала в старый носовой платок и сунула в зимний ботинок, под кровать. Там уже хранился серебряный доллар – дедушкин подарок на день рождения. У дедушки была целая коллекция таких монет.

Этот доллар мне и в голову не приходило держать в копилке. Я его и деньгами не считала. Любуясь точёным женским профилем в короне, я воображала, как стану носить дедушкин доллар на груди, будто медаль. И уж конечно, эта новенькая девчонка, что поджидает меня на тропе в Волчьей лощине, доллара не получит. Хватит с неё и пенни, максимум двух – так я решила.

Волчьей лощиной назывался живописный овраг, увитый по склонам плющом, с множеством цветов на дне. А ходили мы через Волчью лощину каждый день. Мы – это мои братья, девятилетний Генри и семилетний Джеймс, и я. По утрам мы спускались в лощину (школа находилась в низине), а на пути домой – поднимались по склону. Там-то, на подъёме, и будет караулить завтра эта Бетти – верзила новенькая.

Оставить комментарий