Главная » Книги Приключения » Горящий берег

Горящий берег - Уилбур Смит (1985)

Горящий берег
  • Год:
    1985
  • Название:
    Горящий берег
  • Автор:
  • Жанр:
  • Серия:
  • Оригинал:
    Английский
  • Язык:
    Русский
  • Перевел:
    Дмитрий Арсеньев
  • Издательство:
    АСТ
  • Страниц:
    270
  • ISBN:
    978-5-17-069008-4, 978-5-271-33792-5
  • Рейтинг:
    1 (1 голос)
  • Ваша оценка:
1-Ая всемирная борьба.Черный Континент. Темный материк, что будет новейшим жильем с целью запошивочной аристократки Сантэн -де Тери, суженой юного пилота-аса Майкла Кортни.Но около битвы — собственные законы. Судно, мчащий Сантэн ко Майклу, потоплен, но ей получается остаться в живых практически чудом…Семья Кортни никак не сохраняет розыски суженой отпрыска, но возлюбленная среди этим как оказалось во ручках дезертира — лица, никак не страшащегося буква Господа, буква сатаны. Лица, с коего находится в зависимости — существовать ей либо умереть.Таким Образом наступает восхитительная фантазия хроника об похождениях, борьбе, влюбленности, предательстве, мщения также домашних секретах!Майкла пробудила сумасшедшая гнев пушечной пальбы. Во дорассветной темноте большое число орудийных батарей со двух краев гряды осуществляли двусмысленный обряд принесения жестоких потерпевших творцам битвы.Майкл покоился во тьме около 6 камвольными одеялами также глядел, равно как посредством щели палатки, будто ужасное нордовое блеск, всходят свет разрывов.Одеяла в ощупь существовали прохладные также мокрые.

Горящий берег - Уилбур Смит читать онлайн бесплатно полную версию книги

Перейти

Майкла разбудила безумная ярость пушечной пальбы. В предрассветной тьме множество артиллерийских батарей с обеих сторон гряды совершали непристойный ритуал принесения свирепых жертв богам войны.

Майкл лежал в темноте под шестью шерстяными одеялами и смотрел, как через щели палатки, словно страшное северное сияние, пробиваются огни разрывов.

Одеяла на ощупь были холодные и влажные, как кожа мертвеца, мелкий дождь стучал по брезенту над головой. Холод проникал сквозь одеяла, но Майкла согревала слабая надежда. Совершать полеты в такую погоду невозможно.

Ложная надежда быстро угасла: прислушавшись к канонаде, Майкл сумел по этим звукам определить направление ветра.

Ветер снова юго-западный, он приглушает какофонию боя. Майкл вздрогнул и натянул одеяла повыше, до самого подбородка. Как бы подтверждая его прогноз, мелкий дождь внезапно прекратился. Стук капель по брезенту стал тише, потом почти исчез: вода падала только с яблонь — ветви под неожиданными порывами ветра встряхивались, точно вышедший из воды спаниель, и обрушивали капли на крышу палатки.

Майкл решил, что не станет тянуться к золотым часам на перевернутом упаковочном ящике, заменявшем стол. Все равно скоро вставать. Он плотнее закутался в одеяла и задумался о своем страхе.

Боялись все, но суровые условия их жизни и полетов и обстоятельства смерти не позволяли говорить о страхе даже в самых уклончивых, обтекаемых выражениях.

«Стало бы мне легче, — подумал Майкл, — если бы вчера вечером, когда мы пили виски и обсуждали завтрашние действия, мог сказать Эндрю: Я ужасно боюсь того, что нам предстоит?»

Он улыбнулся в темноте, вообразив смущение Эндрю; тем не менее он знал, что Эндрю чувствовал то же самое. Это выдавали его глаза и то, как дергалась тогда его щека — ему приходилось то и дело касаться ее рукой, чтобы унять подрагивание. У всех ветеранов свои странности: у Эндрю дергается щека, и он постоянно сосет пустой мундштук, как ребенок соску. Майкл во сне так громко скрежещет зубами, что сам от этого просыпается; он до мяса обгрызает ногти на левой руке и каждые несколько минут дует на пальцы правой, словно притронулся к горячим углям.

Страх делает их всех слегка ненормальными и заставляет слишком много пить, чтобы притупить обычные реакции. Но они ведь и без того немного не в себе, и алкоголь словно не действует на них, не притупляет зрение и не замедляет движение ног на резиновых педалях. Нормальные погибают в первые три недели, падают как подкошенные, как сосны во время лесного пожара, или разбиваются о раскисшую, вспаханную разрывами землю с такой силой, что кости разламываются и их осколки протыкают плоть.

Эндрю продержался четырнадцать месяцев, Майкл — одиннадцать; это во много раз больше, чем отпущено богами войны людям, летающим на хрупких конструкциях из проволоки, дерева и брезента. И вот они дергались и ерзали, подмигивали и пили виски, издавали короткие смешки и сконфуженно шаркали ногами, а на рассвете лежали на койках, холодея от ужаса, и прислушивались к звукам шагов.

Майкл услышал шаги; должно быть, час более поздний, чем он предполагал. Подходя к палатке, Биггз выругался, наступив в лужу; его сапоги издавали в грязи непристойное чмоканье. В щели стал пробиваться свет его фонаря; Биггз повозился с завязками клапана и, пригнув голову, вошел.

— Прекрасное утро, сэр, — произнес он бодро, но негромко — из уважения к тем офицерам в соседних палатках, у кого сегодня нет вылетов. — Ветер юго-юго-западный, сэр, небо проясняется. Над Камбре видны звезды…

Биггз поставил принесенный поднос на перевернутый ящик и принялся подбирать одежду, которую Майкл накануне вечером побросал на пол.

— Который час?

Майкл изобразил пробуждение от глубокого сна, зевал и потягивался, чтобы Биггз не догадался о часе ужаса и легенда оставалась бы ничем не замаранной.

Оставить комментарий