Волчья луна - Линкольн Чайлд (2017)

Волчья луна
Развитие знаменитого ковбойского цикла с создателя хитов New York Times. Во ожесточенные период историограф Джереми Вершина вернул во пансион в местности известного естественного сада, для того чтобы закончить монографию об рыцарской лжи. Необычные смертоубийства происходят во его джунглях, также совершенно непонятно, кто именно имел возможность атаковать в потерпевших также таким образом их разорвать: в таком случае единица мишка, в таком случае единица волки, в таком случае единица охваченный искаженной безжалостностью индивид. Буква один вариант никак не может показаться на первый взгляд оптимальной. Также только лишь фигурирующий во следствии необычной коммандос Рэндалл Джессап понимает, то что его прежний институтский товарищ Джереми никак не только лишь историограф, однако также энигматолог, эксперт согласно разгадыванию непонятных загадок во различных, в том числе и наиболее сложных обстоятельствах. Его поддержку во данном процессе – только одна вероятность узнать правду…
– Унесите меня в Территорию, – заявил Лукас Корта. Коллектив отстегнула его с капсулы «лунной петли» .

Волчья луна - Линкольн Чайлд читать онлайн бесплатно полную версию книги

Перейти

Lincoln Child

Full Wolf Moon

© 2017 by Lincoln Child. This translation published by arrangement with Doubleday, an imprint of The Knopf Doubleday Publishing Group, a division of Penguin Random House LLC

© Юркан М., перевод на русский язык, 2017

© Издание на русском языке, оформление. «Издательство «Э», 2018

* * *

Посвящается Веронике

«Волчье полнолуние» – так когда-то индейцы-алгонкины[1] называли январское полнолуние, когда стаи оголодавших волков завывали около поселений коренных американцев.

1

Вечером в половине восьмого Палмер в очередной раз сделал привал, чтобы перекусить сухофруктами с орехами и питательным батончиком, достав запасы из кармана крышки своего рюкзака. Он проклинал те часы, когда не мог себе позволить настоящего ужина – горячего, пропаренного на титановой сковороде, – пока не находил хорошего места для палатки и ночлега.

Пережевывая протеиновый батончик, он неспешно обводил взглядом дремучие завалы и заросли. Изначально он понимал, что ему предстоит пройти по трудному маршруту, полагал, что хорошо знаком с этими краями, однако оказался совершенно не подготовленным к сложностям сегодняшнего похода. «Похоже, все истории – правда», – мрачновато подумал он.

Это были вторые выходные июля, солнце как раз начало соскальзывать к западному горизонту, но он не мог до сих пор разглядеть Уединенную гору, находившуюся, возможно, всего в четырех милях к северу.

Возвышаясь там в одиночестве, она круто спускалась к зеркальной глади темно-синего озера, и его зеленые берега словно насмехались над ним своей кажущейся доступностью. Всего четыре мили птичьего полета на север, но для путника они могли обернуться сорока милями.

– Дерьмо, – проворчал он, запихивая обертку энергетического батончика обратно в карман и отправляясь дальше.

Вершина Уединенной горы достигала высоты всего трех с четвертью тысяч футов, что не позволило ей войти в состав сорока шести «признанных» высоких вершин горного массива Адирондак[2]. Но при этом вертикальные подъемы и удаленность от других вершин делали ее достойной зарубки на его ремне. Однако самое привлекательное для наиболее настырных пеших туристов, любителей горных подъемов и студентов заключалось в ее удаленности от центра этого обширного природного массива. Гора располагалась в районе Уединенного озера, к западу от пяти знаменитых живописных озер – вероятно, в самой дикой и удаленной части этого паркового комплекса, раскинувшегося на шести миллионах акрах.

Удаленность не беспокоила Дэвида Палмера. Больше всего он как раз любил бродить по глухим лесам, где целыми днями не встретишь ни одного человеческого существа. Но вот подъем на эту гору на самом деле оказался чертовски трудным.

Начался поход вполне прилично. Оставив свой внедорожник под деревьями вершины Болдуин, откуда начиналась северная тропа, он прогулялся пять миль, спустившись по частной лесовозной дороге до самого ее конца. За сим последовали дебри перестойного леса, такого высокого, что под ним царили вечные сумерки, а мягкая почва отказывалась порождать молодую поросль.

Оставить комментарий