Главная » Биографии и мемуары » Дзен в искусстве написания книг

Дзен в искусстве написания книг - Рэй Брэдбери (1990)

Дзен в искусстве написания книг
" Каждое утро я подскакиваю с постели и настаю на мину. Эта бомба — я сам ", — пишет Рэй Брэдбери, и это, пожалуй, и есть эссенция книги. Великий Брэдбери, чьи книжки стали литературой при жизни автора, силится разобраться в себе, в сущности писательского произведения. Как рождается сценарий? Как появляется план? И вообще — в какой миг человек осознаёт, что писать книжки — и есть его предназначение? Но это вовсе не скучные и претенциозные заметки корифея. У Брэдбери замечательное чуство юмора, он глядит на мир глазищами не только всепонимающего, умудрённого опытом, но и саркастического человека. Как, одна из председателей книги именуется " Как сдерживать и кормить Клиовну ". Кстати, отклик на этот вопрос есть в книжке, и он прост — чтобы сдерживать Музу, нужно жить с хобби и любить жизнь, вслушиваться к ней и к самому себе. Иногда я изумляюсь способности шестилетнего себя видеть западни и не попадаться. Как можетбыло получиться, что мальчишка - первоклассник, которым я был в октябре 1929-го, из-за издёвок школьных дружек разорвал свои мультфильмы с Баком Кларком.

Дзен в искусстве написания книг - Рэй Брэдбери читать онлайн бесплатно полную версию книги

Перейти

© Покидаева Т., перевод на русский язык, 2014

© Качалкина Ю., перевод стихотворений, 2014

© Издание на русском языке, оформление. ООО ISBN 978-5-699-76042-8 «Издательство «Эксмо», 2014

Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

В «Дзене в искусстве написания книг» Брэдбери признается в любви к своему ремеслу.

Los Angeles Times

Брэдбери заряжает любовью к жизни, драйвом и радостью.

Kirkus Reviews

Если вы любите творчество Рэя Брэбери и ищете, откуда черпать вдохновение, эта книга для вас.

Library journal

Как забраться на древо жизни, кидаться камнями в себя самого и спуститься на землю, не сломав себе шею и не сломив дух. Предисловие с названием, немногим длинней самой книги

Иногда я поражаюсь способности девятилетнего себя видеть ловушки и не попадаться.

Как могло получиться, что мальчишка-четвероклассник, которым я был в октябре 1929-го, из-за насмешек школьных друзей разорвал свои комиксы с Баком Роджерсом, а через месяц рассудил, что все его друзья – идиоты, и начал опять собирать коллекцию?

Откуда взялась эта сила и рассудительность? Какие из моих тогдашних переживаний пробудили способность сказать: я словно мертвый. Кто меня убивает? От чего я страдаю? Чем это лечится?

Нет сомнений – я смог ответить на эти вопросы. Я выявил болезнь: собственноручно разорванные комиксы. Я нашел лекарство: снова начать собирать коллекцию, несмотря ни на что.

Я так сделал. И выздоровел.

И тем не менее… В таком возрасте? Когда нам привычнее прогибаться под давлением сверстников?

Где я взял смелость сопротивляться, изменить свою жизнь, перестать быть как все?

Не хотелось бы все это преувеличивать, но мне, черт возьми, нравится этот девятилетний мальчишка, кем бы он ни был. Без него я бы не выжил и не писал бы сейчас предисловие к этой книге.

Конечно, отчасти все объясняется моей безумной влюбленностью в Бака Роджерса. Меня убивала сама мысль о том, что мой герой – моя любовь, моя жизнь – уничтожен. Это как если бы твой лучший друг, твой закадычный приятель, центр всей твоей жизни, вдруг утонул или его застрелили бы из ружья. Погибших друзей не спасешь от могилы. Но я догадался: у Бака Роджерса может быть вторая жизнь, если я так захочу. И я сделал ему искусственное дыхание, и – глядите! – он сел и сказал: «Знаешь, что? Кричи. Прыгай. Играй. Сделай этих сукиных сынков. Они никогда не сумеют жить так, как ты. Давай. Вперед».

Только собачьих детей я, само собой, не упоминал. Такого не разрешалось.

– Черт! – вот самое большое, что я себе позволял в смысле крепости выражений. Живи!

И я собирал комиксы, и влюблялся в бродячие цирки и Всемирные выставки, и начал писать. И чему же, вы спросите, учит писательство?

Во-первых, оно напоминает о том, что мы живы, что жизнь – привилегия и подарок, а вовсе не право. Если нас одарили жизнью, надо ее отслужить. Жизнь требует что-то взамен, потому что дала нам великое благо – одушевленность.

И пусть искусство не может, как бы нам этого ни хотелось, спасти нас от войн и лишений, зависти, жадности, старости или смерти, оно может хотя бы придать нам сил.

Во-вторых, писательство – это вопрос выживания. Как, разумеется, и любое искусство, любая хорошо сделанная работа.

Для многих из нас не писать – все равно что умереть.

Оставить комментарий