Белый клык - Джек Лондон (2015)

Белый клык
  • Год:
    2015
  • Название:
    Белый клык
  • Автор:
  • Жанр:
  • Язык:
    Русский
  • Перевел:
    Т. Г. Гриценко
  • Издательство:
    Мультимедийное издательство Стрельбицкого
  • Страниц:
    11
  • ISBN:
    978-1-387-70077-6
  • Рейтинг:
    4.3 (4 голос)
  • Ваша оценка:
" Белый коготь " – приключенческая новелла известного британского писателя и общественого деятеля Чарли Лондона (англ. Jack London, 1876 - 1916). *** Это предыстория одомашненного волка, продемонстрированная глазами племянников наших меньших. Сменивающаяся череда владельцев Белого Дока лишь подтверждает разнообразие человеческих хараков. Другими незаурядными произведениями Чарли Лондона явлются " Любовь к жизни ", " Призыв предков ", "Приключенье", " До Адама ", "Забава", " Железная пята ", " Время- не - ждёт "и" Дочка снегов ". Джек Нью-йорк стал рецензентом многочисленных "южных" романов, вествующих о судьбе строгих обитателей Аляски с их оптимистическим оптимизмом и религией в будущее. Дискуссию начал гиббон в большой стальной клетке, сготовленной к овечьему вольеру. Ночь была душноватая, и, когда мы с Гансом Брайтманом пройдали мимо него, волоча наши постели на форпик теплохода, он поднялся и неприлично затараторил. Его словили где-то на Индонезийском архипелаге и возили показывать британцам, по шиллингу с головы. Три дня он непрерывно бился, кричал, тряс толстые стальные прутья.

Белый клык - Джек Лондон читать онлайн бесплатно полную версию книги

Перейти

ЧАСТЬ I

ГЛАВА I – ОХОТА НА ДОБЫЧУ

Темный еловый лес хмуро надвигался по обе стороны замерзшей реки. Ветер обнажил деревья, сорвав с них белый ледяной покров и, казалось, они тянулись друг к другу, черные и зловещие, в сумрачном свете. Бескрайняя тишина царила в этих краях. Это был пустынный, застывший, без признаков жизни край, настолько угрюмый и холодный, что дух, витавший здесь, нельзя даже было назвать унынием. Здесь словно слышался смех, но смех, внушающий больше ужаса, нежели тоска – смех, лишенный радости, подобный смеху сфинкса, холодный, словно стужа, пугающий своим равнодушием. Здесь царила молчаливая мудрость вечного бытия, насмехающаяся над ничтожностью жизни и над попытками сохранить ее. Хозяйкой здесь была дикая природа, свирепый, безжалостный дикий Север.

Но все же где-то в этих краях бунтовала жизнь. По замерзшей реке с трудом пробиралась упряжка ездовых собак. Жесткий мех на них покрылся ледяной коркой. Их дыхание мгновенно замерзало, как только вырывалось наружу резким потоком клубящегося пара, оседая на шерсти, и превращаясь в ледяные кристаллы. На собаках была кожаная упряжь, и кожаные постромки крепили ее к саням, которые тащились позади. Упряжкой никто не управлял. Сани были изготовлены из крепкой бересты и, не имея полозьев, плавно скользили по снегу. Передок саней загибался кверху, в виде завитка, что не давало им перевернуться под большим наплывом рыхлого снега, нараставшего волнами впереди. На санях, надежно закрепленный, лежал длинный, узкий ящик. Там были и другие вещи – одеяла, топор, кофейник, сковородка, но больше всего места занимал длинный, узкий ящик.

Впереди собак на снегоступах шел человек, с трудом прокладывая себе путь. Позади саней, тяжело перебирая ногами, следовал другой. На санях же, в ящике, лежал третий, чей путь был окончен, – человек, над которым дикая природа одержала победу, сломив его, не дав возможности идти вперед и бороться дальше. Движение в дикой природе всегда встречало сопротивление. Жизнь нарушает этот закон, ведь жизнь и есть движение, а природа всегда стремится его остановить. Она покрывает воду льдом, не давая ее водам доплыть до моря, гонит сок по деревьям, пока те не промерзают до самой своей крепкой сердцевины, но сильнее всего обрушивает она свою ярость и жестокость на человека, заставляя подчиниться себе – человека, в ком пламя жизни горит ярче, чем в чем-либо другом, который неутомимо восстает против заявления о том, что любое движение в конце концов прекратиться.

И все же впереди и позади упряжки, бесстрашные и упрямые, с усилием воли прокладывали свой путь двое людей, в ком все еще теплились искры жизни. На них была одежда из меха и мягкой дубленой кожи. Ресницы, щеки и губы их покрылись льдинками от замерзшего дыхания, которые скрывали под собой их лица. Казалось, будто на них были одеты призрачные маски, и они собирались хоронить некий призрак в нереальном мире. Но на самом деле, они были людьми, ступившими на пустынную землю, которая лишь насмехалась над ними и не предлагала ничего, кроме тишины; они были измученными искателями приключений, возжелавшими грандиозной авантюры, и бросившими вызов превосходству этого мира, который казался им таким же далеким, чужим и равнодушным как космическая бездна.

Они шли молча, сохраняя силы для ходьбы. Вокруг не было слышно ни звука, и эта тишина давила грузом своего присутствия. Она действовала на них так, как на водолаза действует давление воды на большой глубине. Она давила на них грузом бесконечности и неизменности своего закона. Она врывалась в отдаленные уголки их сознания, извлекая из них, словно сок из винограда, весь ошибочный энтузиазм, восторг и чрезмерную самоуверенность человеческого существа, заставляя почувствовать конечность жизни, свою ничтожность, ощутить себя мошками, которые неловко и слепо пробираются среди действия и взаимодействия могущественных, невидимых сил природы.

Оставить комментарий