Главная » Биографии и мемуары » Замок из стекла

Замок из стекла - Джаннетт Уоллс (2005)

Замок из стекла
Всего за несколько неделек эта книга покрола молодую журналистку Джаннетт Уоллс в одиного из самых популярнейших авторов Канады. Престижные госпремии и приглашения на тв, первые строки в книжных рейтинодах и продажи миллиардов экземпляров, желанье Дженнифер Уильям исполнить главнейшую роль в киноверсии – " Замок из окна " по праву нельзя назвать шумихой в современной словесности. В этой книге Уоллс поведывает о своем детстве и возмужании в многодетной и необыкновенной семье, в которой применялись весьма ошарашивающие методы воспитанья. Многие годы Джаннетт маскировала свое прошлое, пока не узнала, что только освободившись от загадок и чувства позора, она сможет приять себя и двигаться дальше. Я полулежала в такси и размышляла о том, не слишком ли несильно разоделась для этого вечерка. Подняла глазища и увидела свою бабушку – она копалась в свалке. Это было вечером и уже потемнело. Я застряла в пробочке в двух микрорайонах от места осуществления вечеринки. Ледяной мартовский ветерок разгонял парочек, поднимающийся из люков вентиляции, и прохожие стремительным шагом шли по асфальтам.

Замок из стекла - Джаннетт Уоллс читать онлайн бесплатно полную версию книги

Перейти

Jeannette Walls

The Glass Castle: A Memoir

© 2005 by Jeannette Walls

© Андреев А.В., перевод на русский язык, 2014

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2018

* * *

Посвящается Джону, который убедил меня, что у каждого интересного человека есть прошлое

Чтоб затерялся свободно он

В божественном свете звезд,

В том, никогда не бывшем раю,

Которого не вернуть.

Дилан Томас (Dylan Thomas)

«Стихотворение на cвой день рождения»

(Перевод Василия Бетаки)

I. Женщина на улице

Я сидела в такси и думала о том, не слишком ли сильно разоделась для этого вечера. Подняла глаза и увидела свою маму – она копалась в помойке. Это было вечером и уже стемнело. Я застряла в пробке в двух кварталах от места проведения вечеринки. Холодный мартовский ветер разгонял пар, поднимающийся из люков канализации, и прохожие быстрым шагом шли по тротуарам, подняв воротники пальто.

Моя мама стояла всего в семи метрах от моего такси и копалась в мусорном бачке. На плечи она накинула какие-то тряпки, чтобы было теплее, и рядом с ней играла ее собака – помесь терьера и дворняжки черно-белой расцветки. Я прекрасно знала мамины жесты и мимику – исследуя содержимое помойки, она наклоняла голову и слегка оттопыривала нижнюю губу в поисках «сокровищ», которые вытаскивала из бачка. Когда она находила что-нибудь, что ей нравилось, ее глаза расширялись от радости. Ее волосы поседели и висели клочьями, глаза запали, но, тем не менее, это была моя мама, которую я прекрасно помнила, которая ныряла в море с высоких скал, рисовала в пустыне и читала наизусть Шекспира. У нее были все те же скулы, хотя кожа на лице была в старческих пятнах от солнца и ветра. Всем прохожим она представлялась обычной бездомной, которых в Нью-Йорке тысячи.

Последний раз я видела маму несколько месяцев назад, и когда она подняла глаза, меня охватил страх. Я испугалась, что она окликнет меня по имени и кто-нибудь из гостей вечеринки, на которую я отправляюсь, увидит нас вместе и раскроет мой секрет.

Я как можно глубже опустилась в кресле на заднем сиденье, попросила таксиста развернуться и ехать обратно на Парк авеню.

Такси остановилось у подъезда моего дома, швейцар открыл мне дверь, и лифтер нажал кнопку моего этажа. Муж был все еще на работе, и в квартире было пусто. Тишину нарушали только звуки моих шагов в туфлях на высоких каблуках по паркету. Меня очень взволновала неожиданная встреча с матерью, которая так радостно копалась в помойке. Я включила музыку Вивальди в надежде на то, что она успокоит мои нервы.

Обвела взглядом комнату. Вокруг меня стояли вазы начала XIX века, раскрашенные золотом и серебром. С полок смотрели кожаные корешки старых книг, купленных мной на блошиных рынках. Здесь были персидские ковры, старинные географические карты в рамках и огромное кожаное кресло, в котором я любила отдыхать вечерами. Я приложила все усилия для того, чтобы обставить квартиру и чтобы человеку, которым я хочу казаться, было бы в ней приятно жить. Однако эта квартира с ее обстановкой переставала приносить мне радость, как только я вспоминала о том, что мама с папой сидят где-нибудь на тротуаре. Я волновалась об их судьбе, но я и стеснялась того, какими они стали. Мне было стыдно за то, что я ношу жемчуга и живу на Парк авеню, а мои родители заняты тем, чтобы найти еду на этот вечер и теплое место для ночлега.

А что мне оставалось делать? Много раз я пыталась им помочь, но папа неизменно говорил, что им ничего не нужно, а мама просила у меня что-нибудь совершенно не вяжущееся с ее стилем жизни, наподобие флакона духов или членства в каком-нибудь фитнес-центре. Мои родители утверждали, что живут так, как им хочется.

Оставить комментарий