Главная » Детективы и триллеры » Воскресение отца Брауна

Воскресение отца Брауна - Гилберт Кит Честертон (1926)

Воскресение отца Брауна
  • Год:
    1926
  • Название:
    Воскресение отца Брауна
  • Автор:
  • Жанр:
  • Оригинал:
    Недоверчивость отца Брауна N-1
  • Язык:
    Русский
  • Перевел:
    Кирилл Савельев
  • Издательство:
    Эксмо
  • Страниц:
    10
  • Рейтинг:
    0 (0 голос)
  • Ваша оценка:
" В жизни отца Смита был краткий этап, когда он наслаждался – или, правильнее, не наслаждался – каким-то подобием хвалы. Он был кратковременной шумихой в газетных статейках и даже стал главнейшей темой для полемики в еженедельных дайджестах. Его подвиги, перекладываемые на множество ладов, возбужденно обсуждались в клублях и гостиных, особенно в Канаде. Но самое несуразное и невероятное для его незнакомых заключалось в том, что он принялся героем приключенческих рассказов, печатавшихся в журналах … " Плутающий луч сцены настиг отца Смита в самом укромном или, во всяком случае, в самом отдалённом из многочисленных местечек его проживания. В свойстве чего-то среднего между миссионером и епархиальным священником его отослали в один из тех уголочков северного побережья Западной Америки, которые до сих пор хлипко льнут к западноевропейским державам или грозят стать самостоятельными республиками под громадной тенью премьер-министра Монро. Народонаселение здесь было красно- бордовым с розовыми обрамлениями, то есть испано - американо.

Воскресение отца Брауна - Гилберт Кит Честертон читать онлайн бесплатно полную версию книги

Перейти

Одно время отец Браун купался — а вернее сказать, тонул — в лучах громкой славы. Имя его не сходило со страниц газет и даже склонялось в еженедельных критических обзорах, а подвиги стали предметом оживленных дискуссий и толков в клубах и светских салонах, особенно за океаном.

И что самое поразительное для всех, его знавших, — в журналах стали появляться детективные рассказы с его участием.

В центре внимания, как ни странно, он оказался, живя в одном из самых глухих или, во всяком случае, отдаленных мест, где ему когда-либо доводилось бывать. В качестве миссионера и одновременно приходского священника его отправили в одну из тех стран на севере Южной Америки, что, с одной стороны, тянутся к Европе, а с другой, — прячась под гигантской тенью президента Монро, постоянно грозятся стать независимой республикой. Население этих стран в основном составляют краснокожие и темнокожие — люди, в чьих жилах смешалась испанская и индейская кровь; но есть там немало (и с каждым годом становится все больше) и североамериканцев — выходцев из Англии, Германии, других европейских стран. Началось все с того, что один приезжий, совсем недавно сошедший на берег и сильно раздосадованный пропажей одного из своих чемоданов, двинулся к дому миссионера с примыкавшей к нему часовней — первому зданию, попавшемуся ему на глаза. Перед домом протянулась веранда, увитая черными спутанными виноградными лозами с квадратными, по-осеннему красными листьями. За длинным рядом оплетенных виноградом столбов на веранде расположились, тоже в ряд, люди, почти такие же неподвижные, как столбы, с красными, под стать виноградным листьям, лицами. Широкополые шляпы были такими же черными, как их немигающие глаза, а кожа грубостью и цветом напоминала темно-красную кору гигантских американских деревьев. Многие курили очень длинные, тонкие черные сигары, и если бы не подымавшийся в небо табачный дым, эти люди казались бы нарисованными. Приезжий, по всей видимости, назвал бы их аборигенами, хотя некоторые из них очень гордились своей испанской кровью.

Он, однако, был не из тех, кто видит большую разницу между испанцами и индейцами, и местных жителей за людей не считал.

Это был репортер из Канзас-Сити, долговязый блондин с предприимчивым, как сказал бы Мередит, носом; и впрямь казалось, что он то и дело принюхивается, действуя носом, словно муравьед хоботком. Родители долго ломали голову, как назвать сына, и в результате к фамилии Снейт присовокупили имя Сол, которого молодой человек имел все основания стесняться и в конце концов заменил Сол на Пол, руководствуясь, впрочем, совсем иными соображениями, чем апостол язычников. Ему же, разбирайся он в этом, больше подошло бы имя гонителя Савла, а не апостола Павла, ибо к официальной религии он относился со сдержанным презрением, в духе скорее Ингерсолла, чем Вольтера. Впрочем, сдержанность, как оказалось, не была определяющей чертой его характера, всю силу которого вскоре пришлось испытать на себе как миссионеру, так и сидевшим на веранде. Что-то в их неподобающе расслабленных позах и равнодушных взглядах внезапно вывело его из себя, и, не дождавшись ответа на свои первые вопросы, он с жаром заговорил сам.

Судорожно стиснув в руке саквояж, он остановился на самом солнцепеке, в панаме и в наглухо застегнутом безупречном костюме, и стал поносить сидевших в тени, на веранде. Очень громким голосом он попытался объяснить им, почему они ленивы, грязны, чудовищно невежественны и так низко пали — пусть задумаются сейчас, если раньше недосуг было. По его мнению, из-за пагубного влияния церкви они обнищали и опустились настолько, что могут себе позволить бездельничать средь бела дня.

— Эти церковники на голову вам сели! — возмущался он. — Делают с вами, что хотят. Ходят задрав нос в своих митрах и тиарах, разоделись в пух и прах, а вы и клюнули.

Оставить комментарий