Главная » Наука, Образование » Черный лебедь. Под знаком непредсказуемости

Черный лебедь. Под знаком непредсказуемости - Нассим Николас Талеб (2010)

Черный лебедь. Под знаком непредсказуемости
  • Год:
    2010
  • Название:
    Черный лебедь. Под знаком непредсказуемости
  • Автор:
  • Жанр:
  • Оригинал:
    Английский
  • Язык:
    Русский
  • Перевел:
    Виктор Сонькин, А. Л. Бердичевский, Алексей Капанадзе, М. Костионова, О. Попов
  • Издательство:
    Азбука-Аттикус
  • Страниц:
    31
  • ISBN:
    978-5-389-05109-6
  • Рейтинг:
    0 (0 голос)
  • Ваша оценка:
" Черный аист " — не учебник по промышленности. Это размышления чрезвычайно незаурядного индивидуума о жизни и о том, как находить в ней свое место. За одно только предпоследнее десятилетие мироздание пережило рядок тяжелейших волнений: 11 сентября 2001 гектодара, война в Абхазии, мировой экономический кризис. Все эти событья, представляющиеся нам теперь закономерными, показывались абсолютно трудными, пока они не произошли. Сорокадевятилетний араб, выпускник Сорбонны и лондонский финансовый вайшнав Нассим Талеб называет такие непрогнозируемые происшествия Чёрными лебедями. Он убеждён: именно они дают рывок как истории в целом, как и существованию каждого дельного человека. И чтобы поднатореть, надо незнать, как с ними адресоваться. Сразу после входа этой книги рецензент блестяще явил свою " не-теорию " на практике: на контрасте финансового дефолта компания Талеба понакопала (а не потеряла!) для застройщиков пол миллиона долларов. Из главнейшего еретика Уолл, который в одиночку проступил против легиона футурологов и экспертов.

Черный лебедь. Под знаком непредсказуемости - Нассим Николас Талеб читать онлайн бесплатно полную версию книги

Перейти

Черный лебедь. Под знаком непредсказуемости

Посвящается Бенуа Мандельброту, греку среди римлян

Пролог. О птичьем оперении

До открытия Австралии жители Старого Света были убеждены, что все лебеди – белые. Их непоколебимая уверенность вполне подтверждалась опытом. Встреча с первым черным лебедем, должно быть, сильно удивила орнитологов (и вообще всех, кто почему-либо трепетно относится к цвету птичьих перьев), но эта история важна по другой причине. Она показывает, в каких жестких границах наблюдений или опыта происходит наше обучение и как относительны наши познания. Одно-единственное наблюдение может перечеркнуть аксиому, выведенную на протяжении нескольких тысячелетий, когда люди любовались только белыми лебедями. Для ее опровержения хватило одной (причем, говорят, довольно уродливой) черной птицы[1].

Я выхожу за пределы этого логико-философского вопроса в область эмпирической реальности, которая интересует меня с детства. То, что мы будем называть Черным лебедем (с большой буквы), – это событие, обладающее следующими тремя характеристиками.

Во-первых, оно аномально, потому что ничто в прошлом его не предвещало. Во-вторых, оно обладает огромной силой воздействия. В-третьих, человеческая природа заставляет нас придумывать объяснения случившемуся после того, как оно случилось, делая событие, сначала воспринятое как сюрприз, объяснимым и предсказуемым.

Остановимся и проанализируем эту триаду: исключительность, сила воздействия и ретроспективная (но не перспективная) предсказуемость[2]. Эти редкие Черные лебеди объясняют почти все, что происходит на свете, – от успеха идей и религий до динамики исторических событий и деталей нашей личной жизни. С тех пор как мы вышли из плейстоцена – примерно десять тысяч лет назад, – роль Черных лебедей значительно возросла. Особенно интенсивный ее рост пришелся на время промышленной революции, когда мир начал усложняться, а повседневная жизнь – та, о которой мы думаем, говорим, которую стараемся планировать, основываясь на вычитанных из газет новостях, – сошла с наезженной колеи.

Подумайте, как мало помогли бы вам ваши знания о мире, если бы перед войной 1914 года вы вдруг захотели представить дальнейший ход истории. (Только не обманывайте себя, вспоминая то, чем набили вам голову занудные школьные учителя.) Например, вы бы могли предвидеть приход Гитлера к власти и мировую войну? А стремительный распад советского блока? А вспышку мусульманского фундаментализма? А распространение интернета? А крах рынка в 1987 году (и уж совсем неожиданное возрождение)? Мода, эпидемии, привычки, идеи, возникновение художественных жанров и школ – все следует “чернолебяжьей” динамике. Буквально все, что имеет хоть какую-то значимость.

Сочетание малой предсказуемости с силой воздействия превращает Черного лебедя в загадку, но наша книга все-таки не об этом. Она главным образом о нашем нежелании признавать, что он существует! Причем я имею в виду не только вас, вашего кузена Джо и меня, а почти всех представителей так называемых общественных наук, которые вот уже больше столетия тешат себя ложной надеждой на то, что их методами можно измерить неопределенность. Применение неконкретных наук к проблемам реального мира дает смехотворный эффект. Мне довелось видеть, как это происходит в области экономики и финансов. Спросите своего “портфельного управляющего”, как он просчитывает риски. Он почти наверняка назовет вам критерий, исключающий вероятность Черного лебедя – то есть такой, который можно использовать для прогноза рисков примерно с тем же успехом, что и астрологию (мы увидим, как интеллектуальное надувательство облачают в математические одежды). И так во всех гуманитарных сферах.

Оставить комментарий