Главная » Приключения » Большое Сердце

Большое Сердце - Жан-Кристоф Руфен (2012)

Большое Сердце
  • Год:
    2012
  • Название:
    Большое Сердце
  • Автор:
  • Жанр:
  • Серия:
  • Язык:
    Русский
  • Перевел:
    Галина Соловьева
  • Издательство:
    Азбука-Аттикус
  • Страниц:
    49
  • ISBN:
    978-5-389-16937-1
  • Рейтинг:
    1 (1 голос)
  • Ваша оценка:
Жан-Кристоф Руфен, знакомый французский беллетрист, лауреат Гонкуровской премии, историк, политик, раз из основоположников перемещения «Врачи без границ», написал много книжек, завоевавших гигантскую известность. «Большое Сердце» до сих времен возглавляет перечни хитов по разделу исторического романа.
В тени старой, но красивой веранды на каменистом островке в Эгейском море притаился от печения солнца тот, кто был наиболее роскошным и могущественным человеком во Франции, тот, кто дозволил Карлу Седьмому покончить с результатами Столетней войны. Жак Кёр, в прошлом, муниципальный казначей, заимодавец влиятельнейших лиц в царстве, ведает о собственной жизни. Он распутывает сеть невообразимой участи, истолковывает ее загадочные символы: леопард, море, дворец, навевающий воспоминания одним фасадом рыцарский замок, иным – итальянское палаццо. Но отчего ныне Жак Кёр уберегается бегством от наемных убийц и о чем он гласил с самой изящной дамой века Агнессой Сорель в их последнюю встречу?....

Большое Сердце - Жан-Кристоф Руфен читать онлайн бесплатно полную версию книги

Перейти

Jean-Christophe Rufin

LE GRAND COEUR

© Г. А. Соловьева, перевод, 2019

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательская Группа „Азбука-Аттикус“», 2019

Издательство АЗБУКА®

* * *

Имели сердце мы одно…

Ф. Вийон

I. На земле безумного короля

Знаю, он пришел, чтобы убить меня. Невысокий коренастый мужчина, непохожий на жителей Хиоса с их финикийскими лицами. Он старательно прячется, но я несколько раз замечал его на улочках Верхнего города и в порту.

Природа этого острова прекрасна, и мне трудно поверить, что смерть может настигнуть меня на фоне такого пейзажа. Я так часто в своей жизни испытывал страх, столько раз опасался яда, несчастного случая, кинжала, что в итоге составил себе довольно ясное представление о собственной кончине. Смерть всегда являлась мне в темноте, в сумерках дождливого дня, такого же мрачного и сырого, как тот, когда я родился, как дни моего детства. Каким же образом эти громадные, налитые соком опунции, эти лиловые цветы, гроздьями свисающие вдоль стен, этот недвижный воздух, трепещущий от жары, точно руки влюбленного, эти тропинки, напоенные ароматом специй, черепичные крыши, округлые, словно бедра женщины, – как вся эта простая несуетная красота может превратиться в орудие абсолютной и вечной ночи, в жестокий холод моей смерти?!

Мне пятьдесят шесть лет. Тело мое совершенно здорово. Мучения, которые я претерпел во время судебного процесса, не оставили во мне ни малейшего следа. Они даже не внушили мне отвращения к людям. Впервые за долгое время, быть может, впервые в жизни я не испытываю страха. Слава, богатство, отпущенное мне сверх всякой меры, дружба сильных мира сего заглушили во мне честолюбие, жадное нетерпение, суетные желания. Если бы смерть настигла меня теперь, это было бы вопиющей несправедливостью.

Эльвира, оказавшаяся рядом со мной, не ведает об этом. Она родилась на этом греческом острове и никогда его не покидала. Она понятия не имеет, кто я такой, – за это я ее и люблю. Я повстречал ее после того, как отбыли корабли крестоносцев. Она не видела ни судовых капитанов, ни рыцарей в боевых доспехах, не видела, как посланник папы засвидетельствовал мне вынужденное почтение и воздал лицемерную дань уважения. Они поверили, что у меня желудочные спазмы и кровотечение, и позволили остаться на этом острове, чтобы я здесь исцелился или – что более вероятно – умер. Я упросил оставить меня на постоялом дворе близ порта, а не в крепости у старого подесты. Сказал, что умру от стыда, если этот благородный генуэзец, вернувшись, узнает, что я покинул поле битвы…

В действительности я более всего тревожился о том, что ему откроется, что я совершенно здоров. Я не хотел быть ему обязанным и не хотел, чтобы он встал у меня на пути, в случае если я соберусь покинуть остров, чтобы насладиться свободой. Так что разыгралась нелепая сцена: я лежал, вытянув руки поверх покрывал, весь в испарине, но не от лихорадки, а от жары, проникавшей в спальню со стороны порта.

Оставить комментарий