Морские цыгане - Густав Эмар (1993)

Морские цыгане
Испанцы сделали сокрушительный удар по могуществу флибустьеров, захватив ключевое убежище морских разбойников - полуостров Тортугу. Но Береговое содружество готово арестовать кровавый реванш. В грядущей схватке пираты проделывают ставку на 1-го из молоденьких предводителей морских цыган. “В данный денек над мегаполисом стояла ужасная жара; гигантские желтые тучи, насыщенные электроэнергией, расстилались от 1-го конца горизонта до иного, и ни мельчайшее дуновение ветра, в том числе и на закате солнца, не охлаждало землю, замиравшую от зноя. Со стороны гор доносился дремучий шум, и отзвук повторяло раскаты отдаленного грома. Море, темное, как чернила, волнуемое каким-либо подземным потрясением, приподнималось бурными волнами и со наизловещим стоном с трудом разбивалось о горы. Текстом, все предсказывало приближение урагана. Обитатели Пор-де-Пе, по большей части грубые мореплаватели, давным-давно привыкшие биться с наиболее ужасными угрозами, не желая того подчиняясь повальному беспокойству природы, заперлись в собственных жилищах. Улицы были пусты и безгласны, мегаполис казался брошен, и отель «Лосось», которая как правило в это позже время была заполнена гостями, скрывала под закопченным потолком.»

Морские цыгане - Густав Эмар читать онлайн бесплатно полную версию книги

Перейти

Флибустьеры – французские и английские авантюристы, ставшие корсарами… Это были хищные птицы, слетавшиеся со всех сторон… Даже грозные римляне не совершали подвигов столь блистательных. Будь их политические и дипломатические таланты под стать проявляемому ими несокрушимому мужеству, они создали бы в Америке великое государство.

ВОЛЬТЕР

Глава I. «Лосось»

Семнадцатого октября 1658 года в восьмом часу вечера два человека сидели в большой зале «Лосося», самой большой гостинице города Пор-де-Пе, являвшейся обычным местом сборищ авантюристов всех наций, которых жажда к золоту и ненависть к испанцам привлекали на Антильские острова.

В этот день над городом стояла страшная жара; большие желтоватые облака, насыщенные электричеством, расстилались от одного конца горизонта до другого, и ни малейшее дуновение ветра, даже на закате солнца, не освежало землю, замиравшую от зноя. Со стороны гор доносился глухой шум, и эхо повторяло раскаты отдаленного грома. Море, черное, как чернила, волнуемое каким-нибудь подземным потрясением, приподнималось бурными волнами и со зловещим стоном тяжело разбивалось о скалы. Словом, все предвещало приближение урагана. Жители Пор-де-Пе, по большей части грубые моряки, давно привыкшие бороться с самыми страшными опасностями, невольно подчиняясь всеобщему беспокойству природы, заперлись в своих домах. Улицы были пусты и безмолвны, город казался брошен, и гостиница «Лосось», которая обычно в это позднее время была заполнена посетителями, укрывала под закопченным потолком своей просторной залы только двух человек, о которых пойдет речь и которые, опираясь локтями о стол, опустив голову на руки и покуривая трубки, рассеянно следили за фантастическими клубами дыма, беспрестанно вырывавшимися у них изо рта и сгущавшимися вокруг синеватым облаком.

Оловянные стаканы, бутылки, карты, кости, разбросанные по столу, доказывали, что два этих человека давно уже находились в гостинице и что, испробовав все развлечения, они бросили их – от утомления или от того, что более серьезные мысли занимали их и мешали наслаждаться, как они, может быть, желали бы, удовольствиями, которые сулили им игра и вино.

Один из них был старик лет шестидесяти, еще бодрый, гордо державший на плечах красивую голову, которой длинные белые волосы, брови, еще черные, усы, густые и седые, и небольшая бородка придавали очень благородный вид. Его простой, но изящный костюм был абсолютно черным; шпага со стальным эфесом была небрежно брошена на стол возле шляпы и плаща.

Второй был гораздо моложе своего товарища. На вид ему казалось от сорока пяти до сорока восьми лет, не больше. Это был человек атлетического сложения, плотный и плечистый; черты его лица, довольно обыкновенного, были бы незначительны, если бы не выражение редкой решимости и неукротимой воли, которое придавало ему совершенно особый отпечаток. На нем был костюм богатых буканьеров, роскошный до сумасбродства, сверкавший золотом и брильянтами; тяжелая и массивная фанфаронка окружала его шляпу, украшенную страусовыми перьями, прикрепленными брильянтовым аграфом1, составлявшим целое состояние; длинная рапира, висевшая сбоку на широкой портупее, для большего удобства, без сомнения, стояла в эту минуту зажатая между его коленями; два пистолета и кинжал были заткнуты за пояс, широкий красный плащ висел на спинке стула.

Давно уже угрюмое молчание царило между этими людьми; они продолжали курить и окутывать залу клубами дыма, по-видимому не думая друг о друге.

Трактирщик, худощавый, сухой и долговязый, в грязной и оборванной одежде, с лицом висельника, несколько раз под предлогом поправить светильню в лампе, – что было вовсе не нужно, – вертелся около этих странных гостей, не привлекая их внимания, и уходил, пожимая плечами с презрительным видом к таким неприбыльным посетителям.

Оставить комментарий