Главная » Старинная литература » Рубаи. Полное собрание

Рубаи. Полное собрание - Омар Хайям

Рубаи. Полное собрание
Эта книга неповторима прежде всего принципиально новейшим взглядом на лирику Омара Хайяма. В ней высмеивается привычный архетип Хайяма, сложившийся в Азии за полтора тысячелетия, и читателю советует открыть великого прозаика заново. Неповторима она и другим: никто, когда-либо и нигде не перевёл его стихи в таком объёме (более 1300 четверостиший). Олег Андреевич Голубев, прозаик, прозаик, толмач с фарси, свящил работе над этой книжкой более 36 гектодаров. Во вступительной статейке И. Голубев излагает свою дешифровку тайного вероучения Хайяма по намекам, разбросанным в четверостишиях. Лобстер Хайям … Универсальный талант такого же масштаба, как Караваджо да Винчи, и народившийся так же своевременно. Ему в истории свезало еще больше. Ни одно из его значимых научных закрытий не было понято современниками, поэтому и не сыграло никакой функции в общечеловеческом прогрессаенте. Построенная им великая в мире лаборатория была закрыта ещё при его жизни. Разработанный им приблизительный календарь был вскорости вновь замещён традиционным. Напечатанные им стихи соотносились мышлению абсолютно другой (нашей) эры, а потому не льзовались популярностью и спаслись благодаря буквально двум-трём почитателям с " извращенным " привкусом, чудом находившимся в каждом тысячелетии.

Рубаи. Полное собрание - Омар Хайям читать онлайн бесплатно полную версию книги

Перейти

Тайнопись Омара Хайяма

(размышления переводчика)

Омар Хайям… Универсальный гений такого же масштаба, как Леонардо да Винчи, и родившийся так же несвоевременно. Ему в истории повезло еще меньше. Ни одно из его важнейших научных открытий не было понято современниками, потому и не сыграло никакой роли в общечеловеческом прогрессе. Построенная им величайшая в мире обсерватория была закрыта еще при его жизни. Разработанный им точнейший календарь был вскоре вновь заменен традиционным. Написанные им стихи соответствовали мышлению совершенно другой (нашей) эпохи, а потому не пользовались популярностью и уцелели благодаря буквально нескольким почитателям с «извращенным» вкусом, чудом находившимся в каждом столетии. Творчеству Баха пришлось сто лет ждать признания… Творчеству Хайяма — семь с половиной столетий.

Немного истории

Более 140 лет назад на литературном небосклоне Европы вспыхнула неожиданная звезда. Стихи чужеземного поэта, о котором на Западе никто и не слышал, кроме редких специалистов, преодолели толщу многих веков и заговорили на чужом языке, засверкали среди чуждой им культуры. Английский поэт-переводчик Эдвард Фитцджеральд, говоря языком тогдашних репортеров, в одно прекрасное утро проснулся знаменитым.

Его «Рубайят Омара Хайяма»[1] был вольным переводом. Пристрастный отбор четверостиший, произвольное толкование их, для связности сюжета собственные стихотворные вставки — все это позволило ему из сотни рубаи (самостоятельных стихотворений, по 4 строки в каждом) создать связную поэму. Задумчиво пирующий герой поэмы и диковинная обстановка вокруг него прекрасно соответствовали сказкам «Тысячи и одной ночи», уже полюбившимся англичанам. Блистательная поэма Фитцджеральда издается в англоязычном мире по сей день. Более того, в других европейских странах слава Хайяма начиналась переводами не с фарси, а с английского — переводами этой самой поэмы. Каким-то чудом Фитцджеральд сохранил загадочность Хайяма, дал ощутить глубину его духа. Читатель чувствует: загадка — та, мировая, неразрешимая, которая встает перед каждым из нас; а Хайям ее решил. Глубина — та, что отпугивает всех нас; а Хайям высветил ее до дна. И хотя Фитцджеральд создал Хайяму репутацию трагичного весельчака и пьянчуги, якобы призывавшего «ловить миг» и не думать о будущем, хотя эту нечаянную клевету поневоле подхватили переводчики его поэмы на другие языки, хотя такое представление о Хайяме стало считаться само собой разумеющимся, — но картинами ли бесшабашного застолья так привлекает нас древний поэт? Очевидно, что прежде всего — одним неистребимым ощущением: он разгадал некую великую тайну, он сообщает нам ее разгадку, мы силимся его понять, перечитываем, подходим совсем близко — и не понимаем.

Оставить комментарий