Главная » Приключения » Остров Робинзонов

Остров Робинзонов - Пьер Маэль, Г. Хайнс (1895)

Остров Робинзонов
Пустынные бережка встречают потерпевших крушение таинственно и не завсегда гостеприимно. Одних остервенело контратакуют голодные птички, других предостерегает об опасности скелетик повешенного человека. Следуя традиционностям Жюля Робинзон круза и Джека Нью-йорка, роман и повести П. Корнелия и Г. Хайнса да-вают большой комплект приключений на лагуне и на море. " Выкинув из гондолы все, что здесь находилось, странникам удалось просуществовать в воздухе насколько лишних хронометров. Но это было лишь отсрочкой неминуемой катастрофы: если до ночке не появится в ввиду земля, — и шарик и гондола канут в пучину океана. Оста-лось испробовать только одиное средство, и странники прибегли к нему, продемонстрировав себя людьми напористыми и отважными, которым не разок приходилось глядеть смерти в глазища. Ни малейшего шепотка не сорвалось с их губ. Они решили борться до последней секунды и всеми мерами силиться замедлить паденье шара. Шлюпка представляла собой нечто вроде матерчатой корзины и, разумеется, не могла бултыхаться: стоило ей грохнуться в воду, она тотчас бы затонула. "

Остров Робинзонов - Пьер Маэль, Г. Хайнс читать онлайн бесплатно полную версию книги

Перейти

Pierre Maёl. «Robinson et Robinsonne», 1895

© ООО «Издательский дом «Вече», 2014

© ООО «Издательство «Вече», электронная версия, 2018

Сайт издательства www.veche.ru

Пьер Маэль. Остров Робинзонов

I. Под экватором

– Где мы? – спросила женщина голосом, полным отчаяния.

– В Божьей власти, – спокойно ответил мужчина.

Баркас затерялся в безбрежном океане. Волны кидали его из стороны в сторону, то поднимая, то захлестывая в пучине. В нем находилось пятнадцать человек, которые тесно жались друг к другу. Матросы пали духом и бросили бесполезные весла, болтающиеся теперь в медных уключинах. На скамейках сидели две женщины, юноша лет шестнадцати-семнадцати и девушка, немного моложе его. Морской офицер в форменной фуражке с галуном стоял, скрестив руки, готовый с гордостью встретить смерть. Вероятно, он был капитаном корабля, с которого отчалил баркас. Именно он был тем, кто твердо ответил на жалобный возглас пассажирки.

Лодкой больше не управляли. Ударившей в нее волной снесло руль вместе с рулевым, и теперь этих несчастных, потерпевших крушение, кидало туда и сюда по воле волн.

Вдруг среди оглушительного рева расходившейся стихии послышался другой, характерный шум, сухие удары, заглушавшие все остальное, – яростный вой буранов, разбивавшихся об утесы на берегу. Один из матросов машинально проговорил:

– Земля!

Но он не успел произнести следующее слово. Целая гора водяной хляби опрокинулась на баркас, и он исчез в кипящей пене. Драма пришла к роковой развязке: море поглотило свою жертву. Поверхность страшного водоворота была пуста. Люди без крика пошли ко дну.

Но нет. Море уничтожило не всех.

Одно человеческое существо еще оставалось в живых, продолжая бороться. Чья-то голова поднялась над черной водой и белой пеной. Две мужественные руки судорожно работали, поддерживая молодое, сильное тело. Земля была совсем близко, в исполинские волны врезалась мрачная скала. Руки пловца отчаянно уцепились за нее, он пополз по скользким, липким уступам и с нечеловеческими усилиями добрался до вершины. Тут силы оставили его, и он упал ничком на землю.

Но обморок длился недолго. Море не могло уже добраться до пловца. Под палящим солнцем, лучи которого временами пронизывали последние тучи стихавшей бури и сушили камни, где он нашел спасение, несчастный очнулся. Он добрел до конца усыпанного каменными глыбами перешейка, соединявшего этот мыс со скалистой массой, и увидел перед собой крутой берег, изрытый пещерами и опоясанный местами низменной полосой мелкого песка.

Дальше песчаный берег доходил до зеленой полосы, где легко было различить деревья. У подножия леса блестели лагуны стоячей воды, странно отливавшей и подернутой мелкой рябью; над ними поднимался белый туман от постоянного испарения миазмов. Вот все, что можно было окинуть взором с высоты мыса, по которому с трудом передвигался потерпевший крушение.

Это был не кто иной, как юноша, сидевший в баркасе.

Страшное потрясение, вызванное недавней катастрофой, до такой степени ошеломило его, что в нем заявлял о себе пока лишь один неукротимый инстинкт самосохранения. Благодаря этому инстинкту юноша употребил нечеловеческие усилия, чтобы добраться до берега. Избежав ярости моря, он не избавился от последствий произошедшего. Оказавшись на пустынном берегу, в незнакомой стране, не рисковал ли он погибнуть от голода и жажды, от нападения диких зверей, скрывавшихся в лесах, которые виднелись вдалеке, а пожалуй, и от руки человека больше, чем от зубов лютого зверя? Судьба хотела, может быть, только продлить его агонию.

Оставить комментарий