Кулик - Евгений Гребенка

Кулик
«Кулик» Евгения Гребенки - это реалистическая повесть, посвященная вопросу крепостничества ***. Автор в сатирических тонах изображает духовную бедность помещиков Медведева и Чурбинського, их антиподом является влюбленные Маша и Петруша. Искренние чувства и моральная чистота простых людей возвышается автором. Повесть «Кулик» принадлежит к лучшим русскоязычных произведений автора рядом с романами «Чайковский», «Доктор», повестями «Нежинский полковник Золотаренко» и другие.
«Не лыбьтесь например так зло, мой друг с пожелтевшею, поношенною физиогномиею; вы ненавидете всех толстяков, вследствие того собственно что сами подсохли от злобы, как насекомое; всегда бранитесь, клевещете, сплетничаете, как ветхая дева; сетуйте на себя, сами виноваты… По причине чего хлопочете? Дадите согласие, собственно что негромкая крестьянская жизнь что-нибудь да стоит. Тенистый сад, с собственными золотыми, румяными плодами, незапятнанное озеро, по которому например забавно гуляет ваша ладья, пруд, обсаженный плакучими ветлами, на пруде под вечер застенчивое отара необузданных уток, за прудом заливистые песни поселянок, идущих с поля домой… А фон с ароматным сенокосом! А молоденькая супруга-красавица.»

Кулик - Евгений Гребенка читать онлайн бесплатно полную версию книги

Перейти

Далеко Кулику до петрова дня!

Народная поговорка

Всяк Кулик свое болото хвалит

Народная пословица

Кулик не велик,

А все-таки птица!

Философская песня

I

Россия – страна богатая; изобилует водами, лесами и пажитями; в ней есть много золота и серебра, много драгоценных камней, а еще более отставных поручиков.

Я намерен познакомить вас с одним из бесчисленного множества этих поручиков, Макаром Петровичем Медведевым; он служил в кавалерии корнетом года полтора и вышел в отставку поручиком вследствие рассуждения:

«Служба от меня много не выиграет; я тоже не хочу быть фельдмаршалом, да, признаться, и трудно!.. Много есть людей бедных, которые рвутся служить, а у меня порядочное состояние: женюсь себе, уеду в деревню, да и буду жить барином».

Подумал, взял отставку, сел в коляску и уехал.

Приехав на родину, Медведев сшил себе модную венгерку, привел в порядок охотничьи ружья, купил в Ромнах на ярмарке парные дрожки и женился на хорошенькой брюнетке, Анне Андреевне, дочери соседнего помещика.

Теперь Медведев женат, независим, спокоен: живи себе да толстей! Завидная перспектива! Право, завидная!

Не улыбайтесь так зло, мой приятель с пожелтевшею, поношенною физиогномиею; вы ненавидете всех толстяков, потому что сами высохли от злости, как насекомое; вечно бранитесь, клевещете, сплетничаете, как старая дева; пеняйте на себя, сами виноваты… Из-за чего хлопочете? Согласитесь, что тихая деревенская жизнь чего-нибудь да стоит. Тенистый сад, с своими золотыми, румяными плодами, чистое озеро, по которому так весело гуляет ваша лодка, пруд, обсаженный плакучими ивами, на пруде под вечер робкое стадо диких уток, за прудом звонкие песни поселянок, идущих с поля домой… А поле с душистым сенокосом! А молодая супруга-красавица, не растратившая первых дней жизни в бессонных ночах – однообразных балов, – супруга, приветствующая возврат ваш крепким поцелуем! А этот свежий, чистый поцелуй!.. Ай-ай! Сколько тут поэзии, сколько… Нет, полно, лучше замолчать.

Вы теперь знаете отставного поручика Медведева, знаете, что он женат – кажется, и все тут. Позвольте, еще есть одно замечательное лицо – это Петрушка, слуга Макара Петровича, его крестьянин и вместе с тем крестный сын. Макар Петрович почти рос вместе с Петрушкою, и когда уезжал в полк, то уговорил покойного своего отца отдать Петрушку в уездное училище. Барин служил, крестьянин учился. Макар Петрович, приехав домой, нашел Петрушку красивым 18-летним парнем, да еще грамотным и проворным; он взял его к себе, любил, как сына, и даже немного баловал, как говорили соседи, позволяя читать все книги из своей деревенской библиотеки.

II

Чацкий:…………………!

Молчалин: Мне завещал отец…

Горе от ума

Медведев в начале ноября, часу в седьмом вечера, с своею супругою пил чай; они сидели на диване перед круглым столом, на котором кипел светлый бронзовый самовар и в тяжелых старинных подсвечниках горели две свечки; у двери стоял с подносом в руках Петрушка; на ковре, у ног Макара Петровича, сидел Трезор – большая лягавая собака.

В комнате было тихо. Изредка раздавалось протяжное: «ти-бо! ти-бо!», потом скорое: «пиль!», потом несколько секунд было слышно, как Трезор ел сухарь, и опять все умолкало. Анна Андреевна, от нечего делать, очень прилежно ловила ложечкою в чашке чайный листочек; Макар Петрович затягивался и потом как-то особенным образом перепускал через усы табачный дым.

Супруги, с позволения сказать, скучали – не то чтобы они наскучили друг другу. Боже сохрани! нет, нет: а только просто скучали. Осенний дождь стучал однообразно в окна, самовар шептал какую-то усыпительную легенду; свечи горели тускло… В такие минуты в деревне особенно приятно зевается. Тогда гость – дорогой человек, неоцененный подарок, благодеяние судьбы.

Оставить комментарий