Главная » Детская литература » Тысяча и одна ночь. Том II

Тысяча и одна ночь. Том II - Эпосы, легенды и сказания

Тысяча и одна ночь. Том II
Книжка историй и сказок 1001 ночи прежде потрясла европейцев никак не менее, нежели разноцветье ориентальных материалов, сверкание начали жестоких раннемусульманских клинков, загадочный глянец многоцветных аравийских чаш.
«1001 ночь» – свод сказок в аравийском стиле, связанных этим, то что их говорила ожесточенному повелителю Шахрияру великолепная Шахразада. Данные небылицы никак не обладают популярных создателей, они намеревались во сборники разными компиляторами в течении столетий, при этом сливались небылицы наиболее разнообразные – с наставнических, церковных, сказочных, в каком месте персонажами обозначивают повелители также везири, вплоть до домашних, плутовских также в том числе и сказок, в каком месте герои – живность.
Книжка перенесла большое число изданий, переводов также публикаций в разных стилях общества.
Во реальном издании показан многотомный переход 1929–1938 лет напрямую со аравийского, произведенный Мишей Салье около редакцией академика Также. Ю. Крачковского согласно калькуттскому изданию.

Тысяча и одна ночь. Том II - Эпосы, легенды и сказания читать онлайн бесплатно полную версию книги

Перейти

Рассказ о Ганиме ибн Айюбе (ночи 39–45)

Но рассказ о двух везирях и Анис аль-Джалис не удивительнее повести о купце и его детях», – продолжала Шахразада.

«А как это было?» – спросил Шахрияр.

И Шахразада сказала: «Дошло до меня, о счастливый царь, что был в древние времена и минувшие века и столетия один купец, у которого водились деньги. Еще был у него сын, подобный луне в ночь полнолуния, красноречивый языком, по имени Ганим ибн Айюб, порабощенный, похищенный любовью. А у Ганима была сестра по имени Фитна, единственная по красоте и прелести. И их отец скончался и оставил им денег…»

И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.

Тридцать девятая ночь

Когда же настала тридцать девятая ночь, она сказала: «Дошло до меня, о счастливый царь, что тот купец оставил им большое состояние и, между прочим, сто тюков шелка, парчи и мешочков мускуса[1], и на этих тюках было написано: «Это из того, что приготовлено для Багдада», – у купца было намерение отправиться в Багдад. А когда его взял к себе Аллах великий и прошло некоторое время, его сын забрал эти тюки и поехал в Багдад. Это было во времена халифа Харуна ар-Рашида. И сын простился со своей матерью, близкими и согражданами перед тем, как уехать, и выехал, полагаясь на Аллаха великого, и Аллах начертал ему благополучие, пока он не достиг Багдада, и с ним было множество купцов. И он нанял себе красивый дом и устлал его коврами и подушками и повесил в нем занавески и поместил в доме эти тюки и мулов и верблюдов и сидел, пока не отдохнул, а купцы и вельможи Багдада приветствовали его. А потом он взял узел, где было десять отрезов дорогой материи, на которых была написана их цена, и отправился на рынок. И купцы встретили его словами: «Добро пожаловать!» и приветствовали его и оказали почет и помогли ему спешиться и посадили рядом со старостою рынка. Потом Ганим подал старосте узел, и тот развязал его и вынул куски материи, и староста рынка продал для него эти отрезы. И Ганим нажил на каждый динар два таких же динара. Он обрадовался и стал продавать материи и обрезы, один за другим, и занимался этим целый год.

А в начале следующего года он подошел к галерее[2], бывшей на рынке, и увидел, что ворота ее заперты, и когда он спросил о причине этого, ему сказали: «Один из купцов умер, и все купцы ушли, чтобы быть на его похоронах. Не хочешь ли ты получить небесную награду, отправившись с ними?» И Ганим отвечал: «Хорошо!» – и спросил о месте погребения. И ему указали это место, и он совершил омовение и шел с купцами, пока они не достигли места молитвы и не помолились об умершем, а потом все купцы пошли перед носилками на кладбище, и Ганим последовал за ними в смущении.

А они вышли с носилками из города и, пройдя меж гробниц, дошли до могилы и увидели, что родные умершего уже разбили над могилой палатку, принесли свечи и светильники. И затем мертвого закопали, и чтецы сели читать Коран над его могилой, и купцы тоже сели, и Ганим ибн Айюб сел с ними, и смущение одолело его, и он говорил про себя: «Я не могу оставить их и уйду вместе с ними».

И они просидели, слушая Коран, до времени ужина, и им подали ужин и сладкое, и они ели, пока не насытились, а потом вымыли руки и остались сидеть на месте. Но душа Ганима была занята мыслями о его доме и товарах, и он боялся воров. И он сказал про себя: «Я человек чужой и подозреваемый в богатстве; если я проведу эту ночь вдали от дома, воры украдут деньги и тюки».

Оставить комментарий