Главная » Проза » Носорог для Папы Римского

Носорог для Папы Римского - Лоуренс Норфолк (1996)

Носорог для Папы Римского
  • Год:
    1996
  • Название:
    Носорог для Папы Римского
  • Автор:
  • Жанр:
  • Серия:
  • Оригинал:
    Английский
  • Язык:
    Русский
  • Перевел:
    Георгий Яропольский, Наталия Рудницкая
  • Издательство:
    Азбука-Аттикус
  • Страниц:
    125
  • ISBN:
    978-5-389-15393-6
  • Рейтинг:
    0 (0 голос)
  • Ваша оценка:
В первый раз на российском языке — монументальный роман прославленного создателя «Словаря Ламприера», собственного семейства переходное звено от сего постмодернистского произведения искусства к многожанровой загадке «В обличье вепря». Норфолк вновь рисует вселенная на границы эпохальной метаморфозы: погрязший в роскоши и отдыхе папский Рим, как магнит, притягивает искателей приключений и паломников, потаенных и очевидных эмиссаров сопредельных и далеких держав, авантюристов всех пошибов. И раздел сфер воздействия в Новеньком Свете находится в зависимости от такого, кто первым принесет Отцу Льву X фантастического зверька носорога — испанцы или же португальцы. Так как ещё Плиний писал, собственно что натуральным антагонистом слона считается как раз носорог, а слон у Папы уже есть…

Носорог для Папы Римского - Лоуренс Норфолк читать онлайн бесплатно полную версию книги

Перейти

Lawrence Norfolk

The Pope’s Rhinoceros

Copyright © 1996 by Lawrence Norfolk

© Н. Рудницкая, перевод, статья, 2018

© Г. Яропольский (наследник), перевод, 2018

© А. Блейз, примечания, 2018

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательская Группа „Азбука-Аттикус“», 2018

Издательство ИНОСТРАНКА ®

Лоуренс Норфолк – гений.

Луи де Берньер

Мистер Норфолк знает что делает.

Мартин Эмис

Норфолк на голову выше любого британского писателя в своем поколении.

The Observer

Норфолк – один из лучших наших сочинителей. Смело пускаясь в эксперименты с языком и формой повествования, он никогда не жертвует сюжетной занимательностью.

А. С. Байетт

Крупнейшее – во всех смыслах – произведение британской послевоенной литературы. Настолько блестящее, что я был буквальным образом заворожен.

Тибор Фишер

Каждая страница этой книги мистера Норфолка бурлит пьянящей оригинальностью, интеллектуальной энергией.

The New York Times Book Review

Раблезианский барокко-панк, оснащенный крупнокалиберной эрудицией.

Independent on Sunday

Историческая авантюра завораживающего масштаба и невероятной изобретательности, то убийственно смешная, то леденяще жуткая, то жизнеутверждающе скабрезная, то проникновенно элегическая.

Барри Ансуорт (Daily Telegraph)

Революционная новизна ракурса, неистощимая оригинальность выражения.

The Times Literary Supplement

Один из самых новаторских и амбициозных исторических романов со времен Роберта Грейвза. Выдающееся достижение, практически шедевр.

The Independent Weekend

Подобно Умберто Эко, Норфолк берет детектив и облекает его плотью тайны и интеллектуальной интриги, так что сама эрудиция становится одним из двигателей сюжета.

Los Angeles Times Book Review

С Пинчоном Норфолка роднит и особая гипнотическая, элегическая интонация. Однако он вполне самостоятелен и способен воздействовать словом на читателя без посторонней помощи. Так или иначе, он не просто сравнялся со своим учителем, но и превзошел его, – и я не могу придумать лучшей похвалы, чем эта.

Time Out

Барочная проза, лихие повороты сюжета, яркие картины экзотического прошлого.

Harper’s & Queen

Благодарности

Автор признателен Томасу Хардеру за его перевод свидетельского отчета Якопо Модести о разграблении Прато (с итальянского), профессору Герману Вальтеру из Мангеймского университета за экземпляр «Historia Senensium» Сигизмондо Тицио, обнаруженный в библиотеке Ватикана его коллегой, Ингрид Д. Роуленд из Чикагского университета, и, наконец, музыкантам «Кронос-квартета» за их аранжировку «Purple Haze» Джими Хендрикса для струнного квартета.

Посвящается Вините

Все рыбы едят. Все рыбы мечут икру.

Немногие рыбы мечут икру там, где едят.

Арне Линдрот

I. Винета[1]

Когда-то это море было промерзшим насквозь. Высокие горы взирали на ледяную равнину, стегаемую поземкой, что билась об изломы гранитных берегов. Пройдут столетия, прежде чем галька и валунная глина поведают о том, как мучительно медленно полз лед по скалам и песчанику; морены и кряжи доложат о наступлениях и отходах, сформировавших впадины и подводные гребни. Так было подготовлено к принятию моря дно – задолго до того, как море его покрыло. Но во времена междуцарствия здесь правили льды.

Оставить комментарий